Для сравнения ИТ-бюджетов российских и мировых компаний мы построили диаграмму 4. На ней в единых координатах сведены данные о размере ИТ-бюджета (в % от оборота/выручки) по результатам наших исследований 2007, 2008 и 2009 года, а также данные исследований Gartner Group, показывающие, какие ИТ-бюджеты имеют мировые компании в этом же разрезе.

    Мы не просили респондентов называть более-менее точную долю, которую составляют текущий и желаемый ИТ-бюджеты. Хотелось преодолеть ограничения, связанные с корпоративным запретом на распространение подобного рода информации. Однако это, увы, вносит в наши расчеты серьезную погрешность. Кроме того, количество респондентов, ответивших на нашу анкету, вообще говоря, невелико по сравнению с количеством российских компаний, где имеет смысл говорить об ИТ-бюджете. А значит, флуктуации данных, обусловленные перекосами выборки, неизбежны. Тем не менее на общую качественную картину, на наш взгляд, это не влияет.

Что происходит с ИТ-бюджетами в западных компаниях? На диаграмме 4 показан средний ИТ-бюджет компаний, по данным мирового исследования Gartner Group за 2003 год. К сожалению, у нас нет более поздних данных. Однако сделать прогноз на 2008 год вполне можно. Размеры ИТ-бюджетов западных компаний не меняются так активно, как у российских, они достаточно стабильны. По данным Gartner Group, общие затраты на ИТ в мире (в том числе и в корпоративном секторе) до 2008 года росли, но весьма медленно, на единицы процентов в год. То есть на 2008 год кривая, показывающая среднемировые ИТ-бюджеты в нужном нам разрезе, была бы лишь немного выше. Поэтому с определенной долей погрешности мы можем считать, что в докризисный период они находились примерно на том же уровне и сравнение вполне корректно.

Как упали ИТ-бюджеты мировых компаний? Существующие оценки различаются. Среднее падение ИТ-расходов в 2009 году по сравнению с 2008 годом, по оценкам Gartner Group, достигнет всего лишь 3,8% (и это уже пересмотренная в начале 2009 года ранняя, существенно более оптимистическая оценка). Аналогичный оптимизм у аналитиков Forrester Research — по их прогнозам, в 2009 году ИТ-бюджеты компаний по всему миру в среднем останутся на уровне 2008 года.

Такое изменение средних ИТ-бюджетов западных компаний на единицы процентов даже не стоит отображать на диаграмме — общую картину соотношения ИТ-бюджетов российских и мировых компаний эти проценты никак бы не изменили. Однако гораздо более пессимистичную картину, и, на наш взгляд, гораздо более близкую к истине, рисуют аналитики Goldman Sachs. По их мнению, мировые ИТ-бюджеты в 2009 году снизятся на 9%. Картина уже принципиально иная — здесь падение ИТ-бюджетов практически совпадает с падением спроса (которое в США на май 2009 года зафиксировано на уровне 9,6%). И на этом фоне падение ИТ-бюджетов российских компаний на 20—25% не кажется таким уж катастрофическим и уникальным — оно тоже коррелирует с падением ВВП, которое, только по официальным данным, в мае достигло 17%.

    Основные выводы

    1. Средний ИТ-бюджет российских компаний в 2009 году упал по сравнению с 2008 годом. Причем наиболее сильное (примерно до 50%) падение наблюдается у очень крупных и совсем маленьких компаний.
    2. Даже с учетом прогнозов о падении ИТ-бюджетов западных компаний, как и в прошлогоднем исследовании, данные этого года показывают, что российские компании сильно недоинвестируют ИТ по сравнению с мировыми. Причем размер такого недоинвестирования в 2009 году еще увеличился — от двух до трех раз.
    3. Такую разницу в размере инвестиций нельзя покрыть другими ресурсами, и она неминуемо приведет к отставанию в области ИТ российских компаний (в среднем) от их мировых коллег.
    4. Российские ИТ-директора находятся в принципиально других финансовых условиях. Такая разница в размере инвестиций приводит к тому, что многие рекомендуемые международными консультантами и поставщиками антикризисные меры в России неприменимы только вследствие разницы в финансировании. Масштаб инвестиций в ИТ имеет значение, и не каждую рекомендацию, выработанную при «западном» масштабе инвестиций в ИТ, можно не раздумывая применить в России. Рецепты оптимизации для дорогого ресторана и советской столовой не могут быть одинаковыми. Они так же адекватны, как рекомендации по диетическому питанию для людей, истощенных голодом.
    5. Ориентация крупных компаний на мировые практики и показатели не выдерживает испытания кризисом — падение ИТ-бюджетов у таких компаний более выражено, чем у средних.

Ориентация на мировые показатели. Основные выводы этого раздела сделаны на основе прямого сравнения данных по мировым компаниям и российским. Насколько вообще корректно это сравнение? Безусловно, в России есть свои особенности. Одна из самых важных — существенно меньшая (в среднем) развитость ИТ, а значит, и зависимость компании от ИТ, что позволяет иметь гораздо меньшие затраты на эксплуатацию ИТ‑систем. Еще одна особенность — небольшая величина затрат на лицензирование и соответственно на поддержку ПО. Не будем говорить о законности этого, но заметим лишь, что такая политика, несомненно, оказывает влияние на меньший общий размер ИТ-бюджета.

Другой важный аспект — насколько в ИТ-бюджетах, которыми оперируют наши ИТ-директора, учтены все дополнительные затраты, в первую очередь выплаты на социальное обеспечение и здравоохранение. В западных компаниях все социальные выплаты на сотрудников весьма немаленькие и обязательно включаются в общие затраты на ИТ. В российских же компаниях эти затраты очень часто находятся в другом бюджете, тогда как отвечавшие на анкеты ИТ-директора называют именно ИТ-бюджет. Нужно учесть и то, что стоимость специалистов в России и на Западе существенно различается, и это оказывает влияние как на абсолютный размер ИТ-бюджета, так и на долю, приходящуюся на одного со­трудника.

Все высказанные выше соображения приводят к тому, что при равных операционных и инвестиционных затратах на ИТ полный ИТ-бюджет у западных компаний будет больше. Однако, на наш взгляд, этим не может объясняться столь большая разница. Если бы разница в ИТ-бюджетах была 20—30%, то, возможно, указанные выше особенности нивелировали бы ее. А различие в два — три раза, на наш взгляд, этими особенностями оправдать нельзя. То есть остается сделать вывод о серьезном недоинвестировании российских компаний в ИТ.

С другой стороны, как правильно заметил на конгрессе «Белые ночи 2008» генеральный директор «ЛЕНПОЛИГРАФМАШа» Кирилл Соловейчик, не факт, что практика мировых компаний однозначно оптимальна и к этим показателям надо стремиться российским предприятиям. Все‑таки российские предприятия находятся в других рыночных условиях. Однако отсюда следует и другой тезис — рекомендации и «лучшие практики», которые приносят в Россию западные поставщики, нельзя прямо применять в России. Ведь масштаб инвестиций в ИТ имеет значение, и не каждую рекомендацию, выработанную при «западном» масштабе инвестиций в ИТ, можно не раздумывая применить в России. Рецепты оптимизации для дорогого ресторана и советской столовой просто не могут быть одинако­выми.

Возможно, поэтому ориентация некоторых российских компаний на западные показатели не выдерживает испытания кризисом. Иначе чем объяснить существенно большее падение средних ИТ-бюджетов у крупных компаний (более 1 млрд долл.)? Исследования 2008 года показывают, что именно эти компании наиболее приблизились к средним по миру показателям. Но, как мы видим, это довольно поверхностная практика. Ориентация на мировые показатели работает только в хороших условиях — стоило ситуации ухудшиться, топ-менеджмент западных компаний начал забывать о «правильных ориентирах».